Урартская колесница

реконструкция колесницы из музея Эребуни

В надписях урартских царей, содержащих записи о снаряжении войска, упоминаются и колесницы. Так, в текстах Ишпуини и Менуа, где приводятся данные о численности войска, сообщается, что на север было послано 66 колесниц, более тысячи всадников (цифра, обозначающая тысячи, не сохранилась) и 15 760 пехотинцев. В надписи урартов о походе к югу от оз. Урмия приводятся другие цифры о соотношении родов войск, а именно: 106 колесниц, 9174 всадника и 2704 пехотинца.

Долгое время единственным изображением урартской колесницы был оттиск печати, найденный на Топрах-кале. Теперь же, после раскопок на Кармир-блуре, внешний вид урартских колесниц нам хорошо известен. На шлемах и колчанах царей Аргишти I и Сардури II изображено немало колесниц и всадников. Колесница имеет тяжелый кузов, ось колеса помещена у самого задка, колесо массивное, в большинстве случаев с восьмью спицами (на некоторых рисунках как будто шесть спиц). Выгнутое дышло закрыто фигурами коней, часто отмечен ремень, соединяющий изогнутую часть дышла с кузовом.

На древнем Востоке колесница была распространена во многих странах. Она известна с начала III тысячелетия до н. э. по шумерским изображениям. Широкое развитие получила колесница в Хеттском государстве, в Египте, Северной Сирии, особенно прославленной была ассирийская колесница. Греция и Рим заимствовали колесницу у народов древнего Востока. Можно проследить закономерности развития ее форм на протяжении многих веков и особенности конструкций в разных странах.

Лучше других изучены ассирийские колесницы IX—VII вв. до н. э., изображения которых в большом количестве можно видеть на рельефах царских дворцов. Ассирийские колесницы отчетливо разделяются на два типа — ранний и поздний.

Сопоставления урартских колесниц с ассирийскими не оставляют сомнения в том, что урартские повторяли форму ассирийских второго периода и имели также легкий кузов, дышло без щита и в колесах преимущественно восемь спиц.


 Бронзовая голова коня. Навершие дышла колесницы, Кармир-Блур, VIII в. до н.э
   




















Это обстоятельство подтверждает наблюдение, что урарты в начале VIII в. до н. э восприняли ассирийское вооружение, заменив им свое прежнее, по происхождению связанное с хеттским оружием. Тогда же была перенята до деталей и ассирийская колесница. К сожалению, археологами еще не найдены остатки урартских колесниц, но в 1957 г при раскопках Кармир-блура среди различных бронзовых изделий в 8-й кладовой для вина оказалась бронзовая голова коня (высотой 17 см), которую можно считать навершием дышла колесницы. Эта голова представляет собой выдающийся памятник урартского искусства и технического мастерства. Великолепно моделированная морда лошади с передней частью шеи отливалась в одной форме, а грива, уши и челка — в другой. Обе части были настолько искусно спаяны, что лишь излом обнаружил этот неожиданный  способ изготовления. Вместе с головой коня была найдена бронзовая загибавшаяся вверх ручка котла, завершающаяся головкой льва и имеющая надпись Сардури, сына Аргишти. Размеры головы коня, полая, вытянутая и почти вертикально поставленная шея позволяют предположить, что перед нами именно навершие дышла колесницы, соответствующее по форме украшениям ассирийских колесниц.

На рельефе из дворца Синахериба изображена распряженная колесница, на которой точно изображены все ее детали. Дышло этой колесницы также украшено головкой коня, что подтверждает мое предположение о назначении кармир-блурской конской головы.
Археологические материалы, ставшие известными за последние годы, свидетельствуют, что и племена Закавказья, покоренные урартами, имели также свои боевые колесницы.
Раскопки 1956—1957 гг. у селения Лчашен, на северо-западном побережье оз. Севан, проводившиеся под руководством А. О. Мнацаканяна, открыли древние погребения, относящиеся, вероятно, еще ко II тысячелетию до н. э. В этих могилах обнаружены плохо сохранившиеся четырехколесные повозки и двухколесные арбы. В двух курганах были найдены две бронзовые модели колесницы. Я остановлюсь на анализе той модели, которая найдена в 1958 г.

Колесница запряжена двумя конями, в кузове помещены две фигурки воинов (высота фигурок около 7,5 см) с кинжалами у пояса, в шлемах с большим гребнем. Одной рукой они держатся друг за друга, вторая же приставлена к шлему. Шлемы этих воинов, распространенные у урартов в IX в. до н. э., как это можно видеть на рельефах Балаватских ворот Салманасара III, напоминают по форме скорее всего хеттские. По-видимому, лчашенская колесница по внешнему виду ближе всего к малоазийским колесницам.

Наиболее архаичным элементом лчашенской колесницы является выгнутое дугой дышло, оно как бы нависает над конями. (Такое же дышло, но не столь сильно выгнутое, встречается у хеттских колесниц из Северной Сирии, относящихся к концу II тысячелетия до н. э.) Остальные ее детали, как облегченный кузов, смещение оси к задку и восемь спиц (на второй колеснице показано шесть), указывают на то, что она никак не может относиться ко времени ранее XIV—XIII вв. до н. э.

Позднее, в период господства урартов, в Закавказье применялась уже колесница ассирийского типа, как это видно по изображению на бронзовом поясе Ахталинского могильника. Весьма интересно, что Лчашенские курганы имеют много общих черт с курганами середины II тысячелетия до н. э., прекрасно представленными в Триалетском районе. В этих богатейших курганах Триалети были найдены золотые и серебряные предметы, а также керамика, имеющая большое сходство с подобными предметами Хеттского царства. Примечательно и то обстоятельство, что в Триалетских курганах также обнаружены древние повозки, правда массивные, четырехколесные, с колесом без спиц, сколоченным из трех частей. Б. А. Куфтин отметил, сопоставляя обряд погребения в Триалетских курганах с обрядом погребений хеттских царей, что в последнем важную роль играла повозка (колесница).

Итак, мы видим два характерных типа колесниц: один — урартский, по происхождению связанный с ассирийским, и другой — закавказский, близкий малоазийскому типу.
Эти сопоставления лишний раз подчеркивают борьбу двух влияний — месопотамского и малоазийского — на развитие культуры государств Передней Азии рубежа II и I тысячелетий до н.э. В этой борьбе ассирийское влияние взяло верх.

                                                                                                                            Б. Пиатровский

По изданию: Древний мир. Сборник статей в честь академика В.В.Струве. М., 1962 г.

                                                                                                                         http://annales.info

Популярные сообщения